0e533d5b

Горький Максим - О Беспокойной Книге



А.М.Горький
О беспокойной книге
Я - не мальчишка, мне сорок лет, да! Я знаю жизнь, как морщины на
своих ладонях и щеках, меня нечему и некому учить. У меня семья, и, чтобы
создать ей благосостояние, я гнул спину двадцать лет, да-с! Гнуть спину -
занятие не особенно лёгкое и совсем не приятное. Но - это было, прошло, и я
теперь желаю отдохнуть от трудов жизни - вот что я прошу понять вас, сударь
мой!
Отдыхая, я люблю почитать. Чтение - высокое удовольствие для
культурного человека, я ценю книгу, она - моя дорогая привычка. Но я отнюдь
не принадлежу к тем чудакам, которые бросаются на всякую книгу, как
голодные на хлеб, ищут в ней какого-то нового слова и ждут от неё указаний,
как жить.
Я знаю, как надо жить, знаю-с...
Я читаю с выбором только хорошие, тепло написанные книги, мне
нравится, когда автор умеет показать светлые стороны жизни, когда он и
дурное описывает красиво, так, что о достоинстве жареного не думаешь,
наслаждаясь вкусом соуса. Нас, людей, поработавших на своём веку, книга
должна утешать, она должна баюкать нас, вот что я вам скажу, сударь мой.
Спокойный отдых - моё священное право, - кто скажет, что это не так?
Ну-с, и вот купил я однажды книгу одного из этих новых хвалёных
писателей.
Купил, любовно принёс домой и вечерком, разрезав осторожненько листы,
приступил к чтению. Должен сказать - с предубеждением приступил. Не верю в
эти молодые, симпатичные и иные таланты. Люблю Тургенева - писатель тихий,
кроткий, читаешь его - как густое молоко пьёшь, и, читая, думаешь: "Это
было давно, всё это прошло, прожито!" Люблю Гончарова - спокойно писал,
солидно, убедительно...
Но - читаю... Что за чёрт! Прекрасный, точный язык, беспристрастие,
этакая, знаете, ровность - очень хорошо! Прочитал один маленький рассказ,
закрыл книгу, подумал... Впечатление грустное, но читать можно без боязни.
Нет этих, знаете, резкостей, экивоков в сторону обеспеченных людей, нет
стремления выставить меньшого брата образцом всяких добродетелей и
совершенств, нет ничего дерзкого, всё очень просто, очень мило... Читаю ещё
рассказик - очень, очень хорош! Браво! Ещё... Говорят, что, когда китаец
хочет отравить какого-нибудь благоприятеля, который почему-либо надоел ему,
китаец угощает его имбирным вареньем. Великолепное, вкусное варенье, и до
известного момента его кушаешь с невыразимым наслаждением. Но когда
наступает этот "известный момент", человек вдруг падает, и - готово! Больше
никогда и ничего ему не надо кушать, ибо он сам готов уже в пищу червям
могилы.
Так вот и эта книга - я прочитал её, не отрываясь. Дочитывал уже в
постели, а когда кончил - погасил огонь и собрался баиньки. Лежу, спокойно
вытянувшись. Темно и тихо...
Как вдруг, знаете, чувствую что-то необычное - начинает казаться, что
надо мною во тьме вьются и кружатся с тихим жужжаньем какие-то осенние
мухи, - знаете этих навязчивых мух, которые умеют как-то сразу сесть вам и
на нос, и на оба уха, и на подбородок? Лапки их особенно раздражающе
щекочут кожу...
Открываю глаза - ничего. Но в душе - что-то мутное, невесёлое.
Невольно вспоминается прочитанное, встают пред глазами сумрачные образы
героев... Люди всё дряблые, тихие, бескровные, жизнь у них - нелепая,
скучная.
Не спится мне...
Начинаю думать: прожил я сорок лет, сорок лет, сорок лет. Желудок
варит плохо. Жена говорит, что я - гм! - что я её уже не так горячо люблю,
как любил лет пять тому назад... Сын - болван. Отметки у него прескверные,
ленится, катается на коньках, читает и



Назад