0e533d5b     

Грешнов Михаил - Должен Вам Рассказать



Грешнов Михаил Николаевич
ДОЛЖЕН ВАМ РАССКАЗАТЬ
Я - Кэбот Финк, судовой врач. Получил медицинское образо-
вание в Принстоне. Знаю итальянский язык. Увлекаюсь музыкой
Россини и Верди. Хочу побывать в Италии, послушать "Дон Кар-
лоса" с итальянской сцены, поискать новые народные песни:
итальянская музыка - мое хобби. Но я далек от фантастики, от
политики и от баллистики. Современный мир с Вьетнамом и
атомными грибами меня возмущает. Больше - он мне противен.
Музыка да солнце над головой - единственно светлое, что еще
остается в жизни. Женщина может вам изменить, поэзия - обма-
нуть, фантастика - напугать. Всему этому я не верю. А вот
послушать "Дон Карлоса" я бы не отказался. Не откажусь побы-
вать в Италии - в Милане, на пьяцца Челлини. Кстати, в Мила-
не лучший из оперных театров Европы Ла Скала... Не пьяцца
Челлини мне нужно найти семью Текки, отца и мать, и расска-
зать им об их сыне Артуро. Номера дома на пьяцца Челлини я
не знаю. Мне надо будет обойти всю площадь. Если встретится
несколько семей Текки, у всех придется спрашивать, был ли у
них сын Артуро. Это страшно - спрашивать, был ли Артуро, по-
тому что Артуро сейчас нет в живых. А рассказать старикам
надо историю, в которую я не верю. Потому что в фантастику я
вообще не верю, История мне кажется фантастической от перво-
го до последнего слова.
- Итак, я судовой врач. Плаваю на рефрижераторе "Элмери"
из Сиднея в Сан-Франциско и из Сан-Франциско в Сидней. Один-
надцать тысяч девятьсот километров в каждый конец. Это меня
устраивает. Океан, солнце над головой, и целые месяцы на го-
ризонте - ни пятнышка. Штормы и шквалы не в счет. К ним мож-
но привыкнуть. В конце концов за все надо платить, за солнце
и океан - тоже. Зато какой простор, как легко дышится! И
полная безопасность; "Элмери" неплохая посудина. Неторопли-
вая, правда, а куда торопиться бараньим тушам?..
Капитан Фримен шутит по этому поводу:
- Пусть прохлаждаются. Еще успеют зажариться в ресторанах
Лос-Анжелоса и Фриско...
С капитаном Фрименом я плаваю шестой год. За это время мы
узнали друг друга с достаточной полнотой. И уважаем друг
друга. Во всяком случае, в той мере, чтобы не досаждать один
другому бессмысленной болтовней. В этом плане все у нас све-
дено к минимуму:
"Доброе утро, док" - "Доброе утро, сэр", "Добрый день" -
"Добрый день", "Покойной ночи" - "Взаимно, сэр". И - ничего
больше. Ни трепотни, ни политики. Не то, что на других ко-
раблях: "Э, док, все равно наши джиай всыпят красным по ту и
по другую сторону от семнадцатой параллели. Это же ясно, как
на таблице, док: дважды два - четыре, а не двадцать пять и
не кибернетика. Будете спорить?..". Капитаны танкеров и реф-
рижераторов отчаянные политики - всех бы в советники прези-
денту... Ничего подобного у нас с капитаном Фрименом. "По-
койной ночи, док", - и легкий поклон. Может быть, потому,
что с "Элмери" за эти шесть лет не было происшествий, а с
нами никаких потрясений. До последнего рейса.
Последний рейс - исключение. Но начнем по порядку: снача-
ла и не упуская подробностей. Нет, это не протокол. И не
хроника. Это последовательная цепь событий, как они произош-
ли в океане и как запомнились мне, Кэботу Финку. Здесь будет
не один мой рассказ. Здесь и рассказ Артуро. Мне бы хотелось
подчеркнуть разницу между тем и другим. Об этом я еще скажу
впереди, Но все же прошу эту разницу видеть и помнить.
Нас на "Элмери" потрепало тайфуном, сбило с пути, Это бы-
ла "Джина", наделавшая немало дел в океане.



Содержание раздела